Выступая на очередном областном празднике «Дожинки», Александр Лукашенко пообещал, что «тунеядцев» и безработных в стране не будет. Потому что труд — это не право, а обязанность беларусского гражданина. И работать должны все. Вне зависимости от того, хотят они работать или не хотят. Особенно если они не хотят. О том, зачем власти опять вспомнили о борьбе с «тунеядством», говорили в новом выпуске программы «Оптимум» на YouTube-канале «Беларусы и рынок».
«Готовьтесь. Готовьтесь. Бомжей, „тунеядцев“ в стране не будет. Все должны шевелиться. Работать. Зарабатывать на себя и свою семью», — сказал Александр Лукашенко.
Это не первый, не второй и даже не десятый раз, когда власти обещают окончательное решение «тунеядского» вопроса. Обещают навести полную социальную справедливость и заставить всех работать.
«Немедленно заняться трудоустройством безработных. Немедленно. С органами милиции. Подключите, кого вы считаете нужным. Немедленно поставить на учет всех „тунеядцев“ болтающихся и заставить их работать. Как бы ни звучало это непопулярно», — говорил Александр Лукашенко в декабре 2020 года.
Потом требовал в кратчайшие сроки навести порядок среди безработных «тунеядцев», например, летом 2022 года. И весной 2023-го. Потом зимой 2023-го. В начале этого года МВД даже выступило с инициативой принять закон об уголовной, либо, для начала, хотя бы административной ответственности за «тунеядство».
И до сих пор все эти усилия, все разговоры имели сугубо отрицательный результат. Рабочих рук в стране больше не стало. Стало, наоборот, меньше.
В 2020 году в беларусской экономике было примерно 80 тысяч вакансий. В начале этого года количество вакансий составило уже 130 тысяч. К октябрю выросло до 160 тысяч, а к ноябрю приблизилось к 170 тысячам.
И это происходит не потому, что люди не хотят работать. Это происходит потому, что людей в стране просто не хватает. Глава Администрации Лукашенко Дмитрий Крутой на совещании во вторник сказал, что из среднего беларусского района на восемь-десять тысяч работающих ежегодно уезжают 300−400 человек.
И даже окончательное разрешение «тунеядского» вопроса не решит проблему нехватки рабочих рук. Уровень безработицы в Беларуси сейчас находится на исторических минимумах и составляет около 2,5 процента от общего числа занятых. То есть примерно 100 тысяч человек.
И это на самом деле критически низкий уровень. Это означает, что в стране катастрофически не хватает резервов рабочей силы. Нормальный уровень безработицы для Беларуси — больше трех процентов.
Потому что большинство этих безработных — это временные безработные. Те, кто ушел с работы и решил отдохнуть, пока искать другую. Те, кто хочет сменить сферу деятельности и занимается получением каких-то новых навыков.
Принципиальных безработных, то есть «тунеядцев» в классическом советском понимании этого слова, в стране может быть тридцать, сорок, пусть пятьдесят тысяч человек. И, конечно, теоретически, используя передовой советский опыт борьбы с «тунеядством», этих людей можно заставить работать.
Вопрос только: а зачем? Практическая польза для экономики от привлечения таких людей к труду будет отрицательной. Потому что к каждому надо будет приставить еще надзирателя, который будет следить, чтобы привлеченное к труду лицо куда-нибудь лишний раз не отвлеклось. И каждому этому надзирателю надо будет еще платить.
То есть выгоду получат только те, кого поставят надзирателями. Кто будет ловить «тунеядцев» возле магазинов и баров. Ходить с профилактическими беседами по квартирам и читать лекции о пользе общественно-полезного труда для завсегдатаев специальных изоляторов.
В Советском Союзе борьба с «тунеядством» имела, по крайней мере, идеологический смысл. Поэтому Советский Союз мог ее себе позволить. Это, правда, не довело советский союз до добра. Но позволить себе он мог.
Но беларусские-то власти в отличие от советских властей пытаются решить сугубо практическую проблему дефицита рабочей силы. Потому что полмиллиона человек из страны уехали. И людей беларусской экономике не хватает. И поскольку вернуть уехавших не получается, власти придумывают экзотические идеи.
Вернуть пенсионеров на заводы, закрепостить студентов вообще и студентов-медиков в частности. Поискать трудовые резервы среди принципиальных «тунеядцев» или заменить беларусов мигрантами.
«Мы понимаем, что внутренние трудовые ресурсы ограничены. Для решения тактических задач по обеспечению нанимателей кадрами привлекаются иностранные мигранты», — сказала ранее заместительница министра труда и соцзащиты Татьяна Астрейко на конференции в Минске.
По данным Министерства труда, в Беларуси за прошлый год трудоустроились 13 тысяч иностранцев. Всего в беларусской экономике официально занято около 60 тысяч мигрантов. Учитывая полмиллиона уехавших беларусов, соотношение складывается не в пользу беларусского рынка труда.
При этом если в 2018 году в стране постоянно проживало 173 тысячи иностранцев, то по состоянию на конец 2023 года их было 168 тысяч. Так что количество мигрантов в Беларуси на самом деле сокращается. Правда, не так быстро, как сокращается в Беларуси количество беларусов.
